Герой нашего времени. (реферат)

Содержание:

* Введение
* Лермонтовские герои
* Нравственные проблемы романа
* Нравственно-психологический роман
* Замысел и композиция романа
* Психологизм романа
* Афористичность романа
* Заключение
* Список используемой литературы




Введение

Я обратилась к теме «Герой нашего времени – роман-эпиграмма, составленная из беспредельных афоризмов», так как при изучении романа меня заинтересовала речь героев, их монологи, которые отображают внутренний мир.
Работу над романом Лермонтов начал по впечатлениям первой ссылки на Кавказ. В 1839 году в журнале «Отечественные записки» появились две повести – «Бела» и «Фаталист», в начале 1840 года там же увидела свет «Тамань». Все они шли под рубрикой «Записки офицера на Кавказе». К «Фаталисту» редакция журнала сделала примечание: «С особенным удовольствием пользуемся случаем известить, что М. Ю. Лермонтов в непродолжительном времени издает собрание своих повестей и напечатанных и ненапечатанных. Это будет новый прекрасный подарок русской литературе».

В апреле 1840 года обещанная книга вышла, но не как «собрание повестей», а как цельное единое сочинение  под заглавием «Герой нашего времени». Кроме опубликованных, сюда вошли две новые повести – «Максим Максимыч» и «Княжна Мери». Порядок расположения повестей в отдельном издании не соответствовал последовательности их публикации: «Максим Максимыч» помещался после «Белы», а «Фаталист» - в конце романа, в составе трех повестей («Тамань», «Княжна Мери», «Фаталист»), объединенных общим  заглавием «Журнал Печорина» и снабженных специальным «Предисловием». Все произведение объединялось главным героем – кавказским офицером Печориным, стоявшим в центре повествования.

Предисловие ко всему роману было написано Лермонтовым ко второму его изданию в 1841 году. Это был отклик писателя на критические разборы романа. Лермонтова задела статья С. П. Шевырева, опубликованная во втором номере журнала «Москвитянин» за 1841 год. Критик назвал главного героя человеком безнравственным и порочным, не имеющим корней в русской жизни. Печорин, по мнению Шевырева, принадлежит «миру мечтательному, производимому в нас ложным отражением Запада». Кроме того, до Лермонтова дошли сведения, что роман возмутил самого государя. Николай I будто бы назвал его «жалкой книгой, показывающей большую испорченность автора».

В «Предисловии» Лермонтов посетовал на простодушие и молодость русской публики, привыкшей к сочинениям, в которых господствует прямое нравоучительное начало. Его роман – произведение иного, реалистического плана, в котором на смену авторскому нравоучению приходит тонкая ирония, позволяющая показать героя во всей его полноте, «объективировать», отделить его от автора. Лермонтов указал на типичность этого героя, портрет которого составлен из пороков всего нашего поколения в полном их развитии». А потому Печорин – характер реалистический, соответствующий действительности. Главная цель автора – жизненная правда.

«Вы скажете, что нравственность от этого не выигрывает? – спрашивает Лермонтов и отвечает. – Извините. Довольно людей кормили сластями; у них от этого испортился желудок: нужны горькие лекарства, едкие истины... Будет и того, что болезнь указана, а как ее излечить – это уж Бог знает!». Говоря о том, что автор не знает способов лечения общественной болезни путем  откровенного морализаторства, он ведь находит другое, кажущееся ему более эффективным «лекарство» - лечение пороков с помощью «горьких истин».





Лермонтовские герои

Среди бледных и эфемерных произведений русской литературы нынешнего года, произведений, из которых только разве некоторые имеют относительное достоинство, и только некоторые примечательны в отрицательном смысле, - наконец явилось поэтическое создание, дышащее свежею, юною, роскошною жизнью сильного и самобытного творческого таланта. «Герой нашего времени» принадлежит к тем явлениям истинного искусства, которые, занимая, и услаждая внимание публики, как литературная новость, обращаются в прочный литературный капитал, который с течением времени все более и более увеличивается верными процентами. Да, это не роман, не повесть, которые при своем появлении возбудят общее внимание, даже наделают шума, а потом скоро забудутся и приобщатся к мертвому архиву решенных дел.

Основная идея романа развита в главном действующем лице – Печорине, а Печорина вы видите героем романа только во второй части, которая начинается «Княжной Мери»; «Бела», «Максим Максимыч», «Предисловие» только возбуждают в сильной степени ваше любопытство таинственным характером героя , с которым вы вполне знакомитесь только через «Княжну Мери»; по прочтении этой повести и сама «Бела» предстает перед вами в новом свете. Перечитывая вновь «Героя нашего времени», невольно удивляешься, как все в нем просто, легко, обыкновенно, и в тоже время так проникнуто жизнью, мыслью, так широко, глубоко, возвышенно... Кажется, будто все это не стоило никакого труда автору, - и тогда вспадает на ум вопрос: что же еще он сделал бы? Какие поэтические тайны унес он с собой в могилу? Кто разгадает их?..

Лук богатыря лежит на земле, но уже нет другой руки, которая натянула бы его тетиву и пустила под небеса пернатую стрелу... И этот гений, эта великая духовная сила привязана к скудельному организму личности человека – и нет уже в мире его силы... Поэзия Лермонтова – поэзия страдающей совести. В послелермонтовской литературе вопросы совести сделались мотивом преобладающим, особенно в прозе: потому, может быть, что она дает больше простора для пристальных психологических изысканий. И в этом смысле можно сказать, что первая русская проза – «Герой нашего времени», в то время как «Повести Белкина», при всей их гениальности, есть до известной степени только проза французская. Лермонтовские герои, истерзанные собственными страстями, ищущие бурь и самому раскаянию не хотят быть только людьми.

Они «хотят их превзойти в добре и зле» - и уж во всяком случае превосходят в страдании... Лермонтов первый открыто подошел к вопросу о добре и зле не только как художник, но и как человек, первый потребовал разрешения этого вопроса, как неотложной для каждого и насущной необходимости жизненной, - сделал дело поэзии делом совести... Лермонтов дал первый толчок тому движению, которое впоследствии благодаря Гоголю, Достоевскому и Толстому сделало русскую литературу литературой исповеди, вознесло на высоту недосягаемую, сделало искусством подлинно религиозным.  Но и еще в одном отношении литература русская глубоко перед ним обязана: он жизнью своей создал для нас великий образец художника.






Нравственные проблемы романа

Роман “Герой нашего времени” - первый в истории русской литературы реалистический роман с глубоким философским содержанием. В предисловии к роману Лермонтов пишет, что его роман - это портрет “не одного человека, а портрет, составленный из пороков всего нашего поколения в полном их развитии”.

Печорин жил в первые годы после разгрома декабрьского восстания. Это тяжелые для России годы. Лучшие люди казнены, сосланы в сибирские рудники, другие отреклись от своих вольнодумных идей. Чтобы сохранить в себе веру в будущее, найти в себе силы для деятельного труда во имя грядущего торжества свободы, нужно было иметь благородное сердце, нужно было суметь увидеть реальные пути борьбы и служения истине. Подавляющее большинство мыслящих людей 30-х годов составляли как раз те, кто не сумел или не успел еще обрести эту ясность цели, отдать свои силы борьбе, у кого укоренившийся порядок жизни отнимал веру в целесообразность служения добру, веру в грядущее его торжество. Господствующим типом эпохи был тот тип человеческой личности, который известен в истории русской общественной мысли под горьким названием “лишнего человека”.

Печорин всецело принадлежит именно к этому типу. Перед нами молодой двадцатипятилетний человек, страдающий от своей неприкаянности, в отчаянии задающий себе вопрос: “Зачем я жил, для какой цели я родился?” Печорин - не обычный представитель светской аристократии. Он выделяется на фоне окружающих его людей своей незаурядностью. Он умеет критично подойти к любому событию, к любому человеку. Он дает четкие и меткие характеристики людям. Он быстро и верно понял Грушницкого, княжну Мери, доктора Вернера. Печорин смел, обладает большой выдержкой и силой воли. Он единственный бросается в избу, где с пистолетом сидит убийца Вулича, готовый сразить первого, кто войдет к нему. Он не обнаруживает своего волнения, когда стоит под пистолетом Грушницкого. Печорин - офицер. Он служит, но не выслуживается. И когда он говорит: “Честолюбие у меня подавлено обстоятельствами”, - нетрудно понять, что он имеет в виду: многие как раз делали в те годы карьеру и “обстоятельства” отнюдь не препятствовали им в этом.

У Печорина деятельная душа, требующая воли, движения. Он предпочитает подставить лоб чеченским пулям, ищет забвения в рискованных приключениях, перемене мест, но все это лишь попытка как-то рассеяться, забыть об угнетающей его огромной пустоте. Его преследует скука и сознание, что жить так вряд ли “стоит труда”. В Печорине ничто не выдает присутствия каких-либо общественных интересов. Дух скептицизма, неверия, отрицания, резко сказывающийся во всем внутреннем складе Печорина, в жестокой холодности его беспощадных афоризмов, говорит сам за себя. И недаром он часто повторяет, что “не способен к великим жертвам для блага человечества”, что он привык “сомневаться во всем”.

Главная пружина поступков Печорина - индивидуализм. Он идет по жизни, ничем не жертвуя для других, даже для тех, кого любит: он любит тоже лишь “для себя”, для собственного удовольствия. Лермонтов раскрывает индивидуализм Печорина и рассматривает не только его психологию, а определенную мировоззренческую концепцию жизни. Печорин - подлинное порождение своего времени, времени поисков и сомнений. Он находится в постоянном раздвоении духа, печать постоянного самоанализа лежит на каждом его шаге. “Во мне два человека: один живет в полном смысле этого слова, другой мыслит и судит его”, - говорит Печорин.

Для Печорина не существует общественных идеалов. Какими нравственными принципами он руководствуется? “Из двух друзей всегда один раб другого”, - говорит он. Отсюда его неспособность к настоящей дружбе и любви. Он - эгоистичный и равнодушный человек, смотрящий “на страдания и радости других только в отношении к себе”. Творцом своей судьбы и единственным своим судьей Печорин считает только себя. Перед своей совестью он постоянно отчитывается, свои поступки он анализирует, пытаясь проникнуть в истоки “добра и зла”.
Историей жизни Печорина Лермонтов рассказывает о том, что путь индивидуализма противоречит природе человека, ее запросам. Подлинные радости и подлинную полноту жизни человек начинает обретать лишь там, где отношения между людьми строятся по законам добра, благородства, справедливости, гуманизма.





Нравственно-психологический роман

"Герой нашего времени"  -  первый в русской прозе лирико-психологический роман. Лирический потому, что у автора и героя "одна душа, одни и те же муки". Психологический потому, что идейным и сюжетным центром являются не события, а личность человека, его духовная жизнь. Поэтому психологическое богатство романа заключено, прежде всего, в образе "героя времени". Через сложность и противоречивость Печорина Лермонтов утверждает мысль о том, что нельзя до конца все объяснить: в жизни всегда есть высокое и  тайное, которое глубже слов, идей.

Отсюда одной из особенностей композиции является нарастание раскрытия тайны. Лермонтов ведет читателя от поступков Печорина      ( в первых трех  повестях ) к их мотивам ( в 4 и 5 повестях ), то есть от загадки к разгадке. При этом мы понимаем, что тайной являются не поступки Печорина, а его внутренний мир, психология.

Автор использует принцип хронологической инверсии ( отказ от последовательного изображения ). Такая разочарованная позиция в точности соответствует "разочарованной", противоречивой личности человека.
В первых трех повестях ("Бэла", "Максим Максимыч", "Тамань") представлены лишь поступки героя. Лермонтов демонстрирует примеры печоринского равнодушия, жестокости к окружающим его людям, показанным либо как жертвы его страстей ( Бэла ), либо как жертвы его холодного расчета ( бедные контрабандисты ). Невольно напрашивается вывод, что психологическим нервом Печорина является власть и эгоизм: "какое дело мне: странствующему офицеру, до радостей и бедствий человеческих ?"

Но не все так просто. Вовсе не так однотипен герой. Перед нами одновременно совестливый, ранимый и глубоко страдающий человек. В "Княжне Мери" звучит трезвый отчет Печорина. Он понимает скрытый механизм своей психологии: "Во мне два человека: один живет в полном смысле этого слова, другой мыслит и судит его." А позже Григорий Александрович открыто формулирует свое жизненное кредо: "Я смотрю на страдания к радости других только в отношении к себе, как пищу, поддерживающую мои духовные силы..." На основании этого правила, Печорин развивает целую теорию счастья: "Быть для кого-нибудь причиной страданий и радости, не имея на то никакого положительного права,- не самая ли это сладкая пища нашей гордости ? А что такое счастье? Насыщенная гордость." Казалось бы, умный Печорин, знающий, в чем состоит счастье, и должен быть счастлив, ведь он постоянно и неутомимо пытается насытить свою гордость. Но счастья почему-то нет, а вместо него утомление и скука... Почему же судьба героя так трагична?
Ответом на этот вопрос является последняя повесть "Фаталист". Здесь решаются уже проблемы несколько психологические, сколько философские и нравственные.

Повесть начинается с философского спора Печорина с Вуличем о предопределении человеческой жизни. Вулич - сторонник фатализма. Печорин же задается вопросом: "Если точно есть предопределения, то зачем же нам дана воля, рассудок ?" Этот спор проверяется тремя примерами, тремя смертельными схватками с судьбой. Во первых, попытка Вулича убить себя выстрелом в висок окончившийся неудачей; во-вторых, случайное убийство Вулича на улице пьяным казаком; в-третьих, отважный бросок Печорина на казака убийцу. Не отрицая саму идею фатализма, Лермонтов приводит к мысли о том, что нельзя смиряться, быть покорным судьбе. Таким поворотом философской темы автор избавил роман от мрачного финала. Печорин, о смерти которого неожиданно сообщается в середине повествования, в этой последней повести не только спасается от казалось бы верной гибели, но и впервые совершает поступок, приносящий пользу людям. И вместо траурного марша в финале романа звучат поздравления с  победой над смертью: "офицеры меня поздравляли - и точно было с чем ".

Герой относится к фатализму предков двойственно: с одной стороны он иронизирует над их наивной верой в светила небесные, с другой стороны, он откровенно завидует их вере, так как понимает, что любая вера - благо. Но, отвергая наивную прежнюю веру, он сознает, что в его время 30-е годы нечем заменить утраченные идеалы. Несчастье Печорина в том, что он сомневается не только в необходимости добра вообще; для него не только не существует святынь, он смеётся "над всем на свете"... А безверие порождает либо бездействие, либо пустую деятельность, которые являются пыткой для умного и энергичного человека.

Показывая мужество своего героя, Лермонтов одновременно утвердил необходимость борьбы за свободу личности. Григорий Александрович очень дорожит своей свободой: " Я готов на все жертвы, кроме этой: двадцать раз поставлю свою жизнь на карту, но свободы своей не продам". Но такая свобода без гуманистических идеалов связанна с тем, что Печорин постоянно пытается подавить голос своего сердца: "я давно уже живу не сердцем, а головой".
Однако Печорин не самодовольный циник. Выполняя "роль палача или топора в руках судьбы", он сам страдает от этого не меньше, чем его жертвы, весь роман - это гимн мужественной, свободной от предрассудков личности и одновременно реквием одаренному, а может быть гениальному человеку который не смог "угадать своего высокого назначения"





Замысел и композиция романа

Сравним предисловие автора к роману и к журналу Печорина. В этих предисловиях много загадок, отчасти они противостоят друг другу.
В предисловии к роману герой характеризуется как «портрет, составленный из пороков всего нашего поколения, в полном их развитии». В предисловии к журналу Печорина автор надеется, что читатели «найдут оправдания поступкам, в которых до сей поры, обвиняли человека».

В предисловии к роману автор говорит об иронии как о предпочтительной для себя позиции: «Наша публика так еще молода и простодушна, что не понимает басни, если в конце ее не находит нравоучения. Она не угадывает шутки, не чувствует иронии; она просто дурно воспитана. Она еще не знает, что в порядочном обществе и в порядочной книги явная брань не может иметь места; что современная образованность изобрела оружия более острое, почти невидимое и тем не менее смертельное, которое, под одеждою лести, наносит неотразимый и верный удар». Можно подумать, что иронией пронизано отношение автора к Печорину. Но о какой «одежде лести» по отношению к герою может идти речь, если ситуации романа обвиняют его а дневник полон саморазоблачений? Да и предисловие к журналу Печорина не позволяет считать иронию мерилом авторского отношения к герою.

Разорванная композиция романа подчеркнуто, значима; смена рассказчиков не только постепенно открывает Печорина читателю, но и все больше оправдывает героя. Сталкивая своего героя с разными людьми, Лермонтов все глубже показывает его неординарность, внутреннюю силу, масштабность личности. Печорин неизменно оказывается сильнее и благороднее тех, с кем сталкивает его судьба. В «Фаталисте» он сражается уже не с людьми, а с самой судьбой, бросая ей вызов. Но все эти победы Печорина не приносят ему ни чести, ни нравственного удовлетворения. Ведь каждая часть «Героя нашего времени» представляет собой попытку Печорина приблизиться к людям, узнать их или найти некое гармоничное равновесие в отношениях с ними. И всякий раз конфликт оказывается непреодолимым, пропасть между ним и людьми – еще более глубокой. Печорин не только сеет зло вокруг себя, но все явственнее обнаруживает зло в мире. Это делает его родственным шекспировскому Гамлету.

Лермонтов, как и Шекспир, пишет не прокурорский монолог, а трагедию, в которой судить героя никто из тех, кто с ним рядом, не вправе. Печорин сам судит и казнит себя. И это его право подчеркнуто композицией, в которой последний рассказчик – Печорин. За ним остается высокое право суда. От внешнего, непроницательного взгляда Максима Максимыча через более глубокий, внимательно-сочувственный взгляд «странствующего офицера» к трагической исповеди героя – такова последовательность авторской оценки в романе.





Психологизм романа

Роман проникнут единством мысли, и поэтому, несмотря на его эпизодическую отрывочность, его нельзя читать не в том порядке, в каком расположил его сам автор: иначе вы прочтете две превосходные повести и несколько превосходных рассказов, но романа не будете знать. Тут нет ни страницы, ни слова, ни черты, которые были бы наброшены случайно; тут все выходит из одной главной идеи, и все в нее возвращается. В основной идее романа Лермонтова лежит важный современный вопрос о внутреннем человеке, вопрос, на который откликнутся все, и потому роман должен возбудить всеобщее внимание, весь интерес нашей публики. Глубокое чувство действительности, верный инстинкт истины, простота, художественная обрисовка характеров, богатство содержания, неотразимая прелесть изложения, поэтический язык, глубокое знание человеческого сердца и современного общества, широкость и смелость кисти, сила и могущество духа, роскошная фантазия, неисчерпаемое обилие эстетической жизни, самобытность и оригинальности – вот качества этого произведения, представляющего собою совершенно новый мир искусства. Все это заставило нас обратить на него полное внимание и основательно познакомить с ним наших читателей, раскрыв перед ними богатство, заключающееся в нем эстетической жизни.

Появление прекрасного романа Лермонтова вдвойне отрадно: он доставляет публике предмет истинного эстетического наслаждения и уверяет ее, что русская литература еще не умерла, а только спит, как очаровательная красавица, уста которой изредка лепечут пленительными грезами. Да, такой роман, как «Герой нашего времени», был бы важным явлением во всякой литературе, а как явление русской литературы он достаточно вознаграждает за все ее произведения, о которых постоянно рассуждают журналы.

По мнению Лермонтова трагедия его времени не только в том, что «люди терпеливо страдают», но и в том, что «большинство страдает, не осознавая этого». В этом смысле в Печорине как художественном типе запечатлен процесс огромной исторической важности – интенсивного развития общества и личного самосознания в России 30-х годов и, когда невозможность прямого общественного действия способствовала самоуглублению личности, от конкретно-социальных вопросов вела к вопросам общим – историческим и нравственно-филосовским.

Развернутое изображение «истории души человеческой», повышенный интерес к «внутреннему человеку» закономерно привели Лермонтова к подлинному психологизму. Одна из заслуг Лермонтова – углубление представлений о реальной сложности природы человека и многомерности структуры человеческой личности. Печорин неоднократно говорил то своей действительности. Но это не результат столкновения «естественного» и «социального» в нем, как считают некоторые исследователи. Начальной ступенькой концепции человека, развитой в романе, можно считать лермонтовское решение вопроса о соотношении природно-физиологического и духовного начал.





Афористичность романа

Весь роман Лермонтова проникнут афористичностью и философской лирикой: краткие изречения, оригинальные мысли, житейские мудрости, нравоучения. Во главу угла ставятся вопросы смысла человеческой жизни, предназначения человека, добра и зла. Мы можем найти и отдельные слова и выражения, содержащие в себе сатирические или юмористические нотки. Порой Лермонтов специально «искажает» слова, чтобы высмеять человека или какие-либо стороны русской действительности. Вот, например,  как описывает Максим Максимыч Печорина: «Славный был малый смею вас уверить; все иззябнут, а ему все равно; как начнет рассказывать, так животики надорвешь со смеха».
В речи его героев много вопросительных и восклицательных предложений, которые передают эмоциональное состояние человека: «Как это скучно!

- Эй, любезный! – закричал часовой, махая ему рукой, - подожди маленько, что ты крутишься, как волчонок?». Каждый лермонтовский образ индивидуален, так как их речь – это галерея личностей. Простодушный и простой Максим Максимыч добрый и отзывчивый, хорошо чувствующий человеческую душу, часто не знающий что сказать и ответить, потому что душа переполняется чувствами. И речь его такая же простая и незамысловатая: «Что ты? Что ты? Печорин?.. Ах, Боже мой!.. да не служил ли он на Кавказе?..» - воскликнул Максим Максимыч, дернув меня за рукав. У него в глазах сверкала радость.

И тут же рядом холодный и эгоистичный Печорин, отвечающий на приветливые слова Максим Максимыча резкими,  холодными фразами: «Еду в Персию. Мне пора. Мне нечего вам рассказывать. Чего вы хотите?». Простые слова контрабандистов, грустная, задумчивая песня девушки:

	«Как по вольной волюшке –
	По зелену морю
	Ходят все кораблики
	Белопарусники.
	Промеж тех корабликов
	Моя лодочка,
	Лодка неснащеная,
	Двухвесельная.
	Буря ль разыграется –
	Старые кораблики
	Приподымут крылышки,
	По морю размечутся.
	Стану морю кланяться
	Я низехонько:
	“Уж не тронь ты, злое море,
	Мою лодочку:
	Везет моя лодочка
	Вещи драгоценные,
	Правит ею в темну ночь
	Буйная головушка”»
	Светские, пустые разговоры «водяного общества».  





Заключение

Таким образом роман Лермонтова «Герои нашего времени» представляет из себя роман-эпиграмму, насыщенный афоризмами, метко раскрывающимися в речи героев. Автор показывает разнообразные личности, наделенные разными чертами, философски подходит к рассуждению вечных проблем жизни. Внутренний мир человека, является главной темой изучения писателя.

Для лермонтовской концепции личности, равно как и для понимания художественной новизны образа Печорина и общечеловеческой ценности романа в целом, существенно выраженная в нем ориентация на выявление родового начала в человеке. Русская философская и литературно-эстетическая мысли во многом приближалась к такому пониманию проблемы. Соотношение в человеке видового и родового, конкретно-исторического и общечеловеческого начал с развитием литературы все определеннее выступает как главный ее предмет. Лермонтов руководствовался, конечно, не только философскими концепциями, сколько интуицией гениального художника, сквозь «холодную кору» сословно-видовой характерности своих героев прозревавшего их «настоящую природу человека». Общечеловеческие, социально-родовые стороны Печорина приходят в столкновение с их конкретным социально-видовым воплощением.

Происходит распадение личности на «внутреннего» и «внешнего» человека. Не случайно в первой же рецензии на «Героя нашего времени» Белинский отмечал: «В основной идее романа Лермонтова лежит важный вопрос о внутреннем человеке, вопрос, на который откликнутся все». Вместе с тем противоречие родовой сущности героя его существованию порождает разлад «между глубокостию натуры и жалостию действия одного и того же человека». Как личность Печорин шире ограниченных пределов его времени и среды. Однако стремление к свободному выбору своих жизненных позиций в крепостнической России сталкивалось с предопределенностью общественного статуса человека.

Постоянно воспитывая и тренируя волю, Печорин использует ее не только для подчинения людей своей власти, но и для проникновения в тайные пружины их поведения. За ролью, за привычной маской он хочет рассмотреть лицо человека, его суть.




Список литературы

1.  В. А. Мануйлов «Герой нашего времени» Комментарий. Ленинград «Просвещение» Ленинградское отделение 1975г.
2.  Сборник статей. М. Ю. Лермонтов в русской критике. Москва «Советская Россия» 1985г.
3.  И. Е. Каплан, П. Г. Пустовойт Хрестоматия историко-литературных материалов. Русская литература 9 класс. Москва «Просвещение» 1994г.
4.  Ю. В. Лебедев. Русская литература XIX века. 10 класс. Москва «Просвещение» 2002г.
5.  М. Ю. Лермонтов. Герой нашего времени. Княгиня Лиговская. Дрофа. Вече. Москва 2002г.

